![[info]](http://p-stat.livejournal.com/img/userinfo.gif){kind=small}
А на следующее утро я нашла у себя нагло подсунутую вчерашним собутыльником шапочку из фольги. Логическим продолжением дня стали демонстративные натягиваниями подаренной на ту штуку, в которую я ем, и общим мракобесием.
Так вот те самые обученцы настолько прониклись вышеперечисленными прелестями, что начали мнить себе внутри реактивного самолета Умную печень и даже жаждали отхватить кусочек для пересадки в собственно-неуважаемый мозг с целью проверить, есть ли все-таки предел совершенству. И самое замечательной во всей этой истории это способность печени регенерироваться и тогда становится очевидным, что реактивные самолеты ниразу не пострадают от выплевывания кусочков своей Умной печени внутрь подрастающих организмов с глубокой и важной целью интеллектуального оздоровления нации.
Иногда мне кажется, что из этого можно выдумать неплохой бизнес-план.
Теперь я езжу в метро исключительно ради того, чтобы давать по лбу разнесчастным гастарбайтерам в приличных одежках с саквояжами под мышкой. Если меня хорошо попросить я за небольшое вознаграждение могу проделать это для вас и ваших знакомых.
Всю ночь я размышляла о том, как ветер в центре Москвы поднял в воздух стаю котов.
Есть у всего этого дела одно побочное явление - меня распирает от желания фотографировать другие доступные мне животики и по этим фотографиям определять другие доступные мне настроения, что, несомненно, вызывает смущение и недоумение у обладателей и тех и других.
Пока антураж магазина стимулировал неадекватное воображение, я успела подумать про то, что до сего момента мое обоняние не было полноценным органом чувств, а являло собой какой-то ленивый и безжизненный источник информации.
Теперь я точно знаю: пребывание в подобного рода местах чревато легкой головной неурядицей и последующими периодическими подскакиваниями и выкрикиваниями на тему «ой-ой смотри, вот здесь уже пахнет пачули, а вот здесь ваниль еще совсем не раскрылась», тыкая в интересные мета на своем мелком туловище.
Негодяйка вечно норовит разбить любимую посудину или плюнуть в меня горячим молоком, за что я ее сильно и взаимно презираю. Когда мне приходится совершать с ней общения, я корчу рожицы и сильно капризничаю, заглядывая в центр крутящегося диска с посудиной, что, несомненно, повергает моих домочадцев в культурный шок.
Я ем деревянные ананасы и думаю о том, что москвичи – это реактивные самолеты. Эти люди успевают совершить в день тысячи телодвижений, при этом работая пять работ и переезжала Москву от одного уха до другого несколько раз в сутки.
Стотышмульенов часов ушло на добывание ее внутренностей. Я пыталась кроме банальных способов банко-отмыканий уговаривать и поглаживать в интересных местах (насколько верно я могу догадываться об их местоположении на теле гадкой железки).
Теперь ДД обезврежен: смотрит свои кошачие сны в стрёмных позах, почему-то напоминающих мне извращения беспозвоночных.
После двух часового сеанса вещания мега-эрана с пузиком в 23 метра в женском клозере рассказывали странные переживания по поводу черничных пирогов и отсутствия туалетной бумаги. А мне почему-то казалось, что Кар Вай остался таким, каким я его знала еще на Почтовой, - со своими размытыми картинками и любовными настроениями. Есть в нем какое-то особенное очарование.
В Москву весна приходит большими серыми лужами и частичным помутнением моего рассудка. Я стала носить на работу шаманский совочек в виде железной ложки, тайно надеясь, что он поможет решить все мои проблемы с роумингом.
Мое заболевание ОРВИ обзавелось капризно-выборочным характером, что выражается в непонятной мне фильтрации запахов и вкусов, выныривающих лохнесским чудовищем из человеческой толпы. Теперь я гуляю по мокрым улицам и езжу в метро исключительно из любопытства наткнуться на забавные запахи и виды прохожих.
Вероятно, все эти чувства во мне спровоцированы чтением непостижимого и таки-явившимся в этот город запахом весны.
